Император Нейрон — актер и палач. Часть 4

Главная » Истории » Император Нейрон — актер и палач » Император Нейрон — актер и палач. Часть 4

Дворец был построен Севером и Целором в центре Рима, занимая часть Палатина, Эсквилина и долины, где позднее устроили Колизей. В украшении Золотого дома использовались не только драгоценные материалы, но и многочисленные произведения искусства: статуи Праксителя, картины с пейзажами и изображением животных, многочисленные боевые трофеи, собранные в декоративные груды. Особенно великолепны были мозаичные панно с религиозными или политическими символами. Здесь переплелись традиции эллинских и восточных культур, которые создавали постоянно меняющееся настроение у посетителей дворца — участников оргий и празднеств, устраиваемых Нероном.

Сенатская оппозиция ненавидела императорский дворец, построенный на средства от грандиозных поборов и налогов, которыми обложили всех имущих граждан. Для образования художественных коллекций тратились еще более громадные средства. Из храмов Эллады и Востока вывозились художественные коллекции. Дельфы, Олимпия, Афины, Пергам лишались своих сокровищ.
Для строительства резиденции беспощадно переплавляли статуи и украшения из золота и серебра в деньги, которых катастрофически не хватало. И все это совершалось по приказу капризного и могущественного правителя, которого одни боялись, а другие ненавидели. Если еще учесть постоянно возникающие конфликты между различными политическими группировками, религиозными направлениями и сектами, то естественно охарактеризовать положение в Риме как взрывоопасное. Именно в эти годы, а точнее в 64 год первого века новой эры, происходит грандиозный пожар Вечного города, который тут же приписали злой воле императора Нерона.
Вспыхнувший в ночь с 18 на 19 июля пожар бушевал шесть дней и ночей, лишив многочисленных жителей столицы своих жилищ и превратив город в дымящиеся руины. «Огонь вспыхнул в районе Большого Цирка, близко от расположенного между холмами Палатин и Целия рынка, где в лобазе было складировано большое количество товаров. Отсюда огонь распространился на Палатин и по проходному дому достиг Эсквилина. Из четырнадцати районов города только четыре избежали несчастья, три были полностью разрушены и еще семь серьезно пострадали. Большое количество инсул, красивых домов, дворцов, садов, храмов и общественных памятников сгорели полностью или частично. Храм богини Луны был полностью разрушен, храмы Юпитера и Аполлона, возвышавшиеся на Палатине, храм Весты, библиотека на Палатине, театр Марцелла и дворцы Ти-берия и Нерона жестоко пострадали от пожара, а с ними и множество зданий. Частично огонь пощадил только Форум и часть Капитолия».

Страх и паника царили в громадном городе, где здания и сооружения вспыхивали одно за другим. В отчаянии многие люди сходили с ума, другие кончали жизнь самоубийством, третьи становились жертвами огненной стихии. В городе стояла страшная жара, и от любой
искры угасающее пламя вспыхивало вновь и вновь. Уже после того, как сгорела большая часть городских кварталов, пожар охватил Марсово поле и продолжался еще три дня. Нерон на время пожара покинул город, но вскоре вернулся, чтобы руководить работами по наведению порядка. Срочно стали строить временные дома все на том же Марсовом поле, в садах Ватикана и даже на территории императорского дворца. По приказу Нерона наладили поставку хлеба из близлежащих к Риму городов, и цены на продукты были искусственно занижены, чтобы обеспечить пищей все слои пострадавшего населения.

Трагедия Рима стала самым ужасным «преступлением», которое молва и многочисленные противники императора приписали Нерону. Фабий Рустик и Плиний Старший, позднее Светоний, Дион Кассий, святой Иеремия прямо называли Нерона поджигателем города, который он собирался перестроить, украсить по собственному вкусу и насытить памятниками своему правлению. Пожалуй, только Сенека, преданный воспитатель императора, отмечал в своих трудах объективные обстоятельства, сопутствовавшие возникновению пожара — и нерациональное строительство в римской столице, и скученность деревянных жилищ, лавок и лобазов, и нагромождение домов над узкими улочками. Соглашались с подобными утверждениями Кливий Руф и Иосиф Флавий. Однако общественное мнение, зная непомерную страсть императора-артиста к театральным зрелищам и его предрасположенность к аффектам, питаясь и слухами, и реальными фактами его жестокости по отношению к противникам и соперникам, определенно приписывало бедствие Нерону.
Существование двух параллельных и противоречивых версий особенно ярко выражено в рассказе Тацита, который, расхваливая борьбу императора с огнем, одновременно говорит и о виновности принцепса.

Свою собственную версию о поджоге Вечного города выдвинул и сам Нерон. Дабы успокоить народ, он счел
наиболее политически выигрышным обвинить во всем христиан-сектантов.

Сам Нерон, равнодушный к традиционной римской религии, был суеверен, советовался с астрологами, прибегал к магии. В Риме при нем существовал восточный культ Митры, воспевающий силы Зла. Значительную роль в религиозной жизни Рима играл и иудаизм, который исповедовался достаточно большой колонией выходцев из Иудеи, расселившихся в кварталах за Тибром. Даже при дворе императора имелись сочувствующие им. Поэтому христиане, также вышедшие из иудейского населения, но беднейших слоев его, ненавидевших богачей и представлявший их власть Рим, воспринимались как секта, предательски поправшая закон Моисея, и подвергались гонениям. Непримиримая борьба христианства против иудаизма была предрешена. Борьбу эту возглавили христианские вожди Петр и Павел.
Гонитель христиан Савл, увидев образ Иисуса, принял имя Павла и стал яростным проповедником христианства в Малой Азии, Греции, Сирии и Палестине. После долгих путешествий по восточной части Римской империи Павел оказался в Иерусалиме, где и был арестован за проповеди. Его отправили в Рим, где он не просто предстал перед судом в годы преследования Нероном христиан, но и был казнен именно в 64 году, ставшем трагическим для всех исповедовавших эту религию и обвиненных в поджоге прекрасного города.

В Риме, как и в других местах империи, знали и о том, что Павел был «автором» значительной части «Посланий», составляющих Новый Завет. Павел провел жесткое разграничение между христианством и иудаизмом, определив, что христиане не должны соблюдать верность ритуалам Моисеева кодекса и даже совершать обряд обрезания. Именно его центральная идея о божественном начале Христа и о спасении посредством веры стала основой новой веры. Влияние Павла, его аскетического образа жизни, его проповедей имело громадное, сравни-
мое с влиянием самого Иисуса, значение для утверждения христианства.

Другим пострадавшим проповедником христиан в Риме во времена Нерона стал апостол Петр, объявленный позднее основным хранителем христианских традиций. История рассказывает о том значении, которое придавал этому проповеднику Иисус, а тем самым о месте Петра во всем процессе распространения новой религии на Востоке и в Риме. Один из первых приверженцев Иисуса Андрей привел к Учителю своего старшего брата Симона, который услыхал такие слова: «Ты Симон, сын Ионин, ты наречешься Кифа!» А Кифа означало «камень», то есть Петр. И все же это отнюдь не собственное имя. Иудеи выбирали себе прозвища, которые выражали обещания и обязательства. Так и Петр позднее узнал, что назначенное ему прозвище означало основание нового учения — христианской религии.


Петр был учеником Христа, одним из апостолов, к которым явился воскресший. Именно ему, после воскрешения, было сказано о дальнейшем предназначении и грядущих действиях: «Паси агнецев Моих... паси овец Моих...» И Петр принял на себя многочисленные обязанности по поддержанию веры среди обращенных в Иудее и других провинциях Рима. Испытания, которым подвергло Петра окружавшее его общество, вполне отвечали бремени обязанностей, возложенных на него Христом. Ирод Агриппа, преследовавший христиан, арестовал Петра и заточил его в темницу, сковав единой цепью со стражниками. Но последователь Иисуса был бы недостоин назначенной ему роли, если бы чудесным образом не освободился с помощью посланца — ангела. И пошел он в другие места, чтобы обращать бедных и униженных в новую религию, и закончил свои скитания в Риме времен Нерона, когда христиане были сектой беднейших иудейских кварталов и отчаянно боролись за жизнь, за духовную самостоятельность и свободу. Проживание в городе, где главной религией было поклонение императору, а главной добродетелью — служение трону, требовало от Петра помимо проповедей действий, и он действовал. В 49 году Петр ушел из Рима в Иерусалим для участия в апостольском собрании — соборе. Согласно легенде, он не только председательствовал на нем, но и выступал за решение об обращении язычников в новую веру без вмешательства иудейских, моисеевых традиций. Это было, по существу, выступление против иудаизма. Именно на Иерусалимском соборе совет апостолов выступил единой диктующей силой, а Петр осуществил свое притязание на руководство христианской церковью. Тем более показательно поведение Петра во время гонений Нерона на рядовых христиан в Риме. Христианские легенды, конечно, не могли допустить того, чтобы один из главных проповедников оказался в стороне от испытания душевной стойкости в тяжелейший период гонений на своих соратников по вере. Была сочинена одна из самых драматических картин из жизни этого «столпа» веры в чудеса христианства.

Полезные ссылки: весільні сукні 2015

Читайте также:

Категории