Будущее заставляет себя вспоминать. Часть 3

Главная » Истории » Будущее заставляет себя вспоминать » Будущее заставляет себя вспоминать. Часть 3

Удивительную и очень тонкую мысль высказал по поводу творчества Нострадамуса-предсказателя Мишель Реньер: «В „Центуриях" мы видим не столько предсказания, сколько напоминание о ходе всемирной истории, о том, что колесо жизни поворачивается, и с нами не происходит ничего нового. Но уроки истории ни к чему не приводят, и тогда разражается катастрофа, сносящая с лица земли все, чтобы спустя время начать все сначала...»

Интуиция, вдохновение и воображение, которые Мишель Нострадамус приписывал Божественной помощи, позволили ему подключаться к энергетическому, информационному полю Земли, открывавшему любознательному ученому закономерные «шаги человечества». Войны, насилие, катастрофы, противостояния народов и стран, ведомых правителями-авантюристами и религиозными фанатиками, проносились перед мысленным взором этого удивительного человека, с философским спокойствием размышлявшего над открывающейся картиной мира. Трагедия французского правящего дома Ва-луа представала перед ним как ниспосланное исторической необходимостью испытание для страны. Страшные и жестокие происшествия в землях Германии, Испании, Рима, Англии рассматривались как факторы воздействия на французскую нацию, как неизбежные этапы развития Европы. Восточный фанатизм и северославянская дикость, за определенными временными границами, виделись как угроза или, наоборот, как поддержка европейским народам. Величайший ум мыслителя прозревал и отдаление человечества от естественных законов природы, и пагубность движения по пути технологического развития. Соперничество и эгоизм, утрата опыта предшествующих поколений накладывались на разобщенность и национализм народов — и все это представало перед Нострадамусом бесконечной чередой безумств и трагедий. Поэтому ученым и философом была избрана система аллегорий, условностей, которые должны были скрыть жестокую прямолинейность открывшейся ему истины. Именно по этой причине ряд своих катренов Нострадамус уничтожил, отказавшись оставлять их потомкам даже в зашифрованном виде.

При любой интерпретации четверостиший их можно рассматривать как летопись истории человечества, как программу, которую оно осуществило, избежав лишь очень немногих начертанных несчастий, то есть испив чашу испытаний до дна. О признании Нострадамуса как летописца французской истории говорит уже, однако, то, что, следуя примеру Карла IX, Людовик XIII в 1622 году, Людовик XIV в 1660 году посетили могилу предсказателя. И удивительный человек доказал еще при жизни, что может точно определять судьбы королей и правителей, тесно связанные с судьбами народов и государств.

За 90 лет до английской революции он холодно и жестко утверждал: «Лондонский Сенат казнит своего короля...» (катр. 49, цент. 9). Не менее определенно высказался летописец будущего и о судьбе Людовика XVI:
Тогда, когда один из «Бур» будет ко всем добр И законно будет носить знаки власти, Л от рождения отмечен длинным именем, Вследствие несправедливости бегства будет казнен.

Таинственные записи Нострадамуса о Наполеоне I и пожаре Москвы не могут не поражать, но, бесспорно, ложатся в избранную систему логических трагедий французского государства на пути в будущее:
Родом из морского, платящего дань города, Голова с короткими волосами, захватит власть сатрапа. Разгонит всех, кто будет ему противиться. Четырнадцать лет будет властвовать тираном.

Только на первый взгляд этот иносказательный текст может показаться случайным набором фактов. Но если вспомнить о том, что Наполеон родился 15 августа 1769 года на Корсике, после завоевания ее французами, и то, что, захватив власть в 1799 году, владычествовал 14 лет — до 1814 года, то все встает на свои места.
Даже характеристики неназванного деспота с неуемной энергией ложатся на личность Наполеона точнейшим образом:

Он будет носить имя, которое никогда
не носил никакой галльский король.
Как от молнии, будут дрожать Италия, Испания, Англия,
А его внимание будет обращено на иностранку.
В 60-м катрене 5-й центурии совершенно определенно дается оценка действий этой значительной для Франции личности:
Голова с короткими волосами сотворит много зла.
Он перейдет границу возможного,
Он создаст столько бури и негодования.
Что огнем и кровью погубит весь мужской род.

Трагическое падение Наполеона, оказавшее сильнейшее влияние на судьбу страны, отмечено по-философски лаконично, но опять-таки вполне определенно:
Великая Империя вскоре будет перенесена В маленькое место, которое скоро начнет увеличиваться. Совсем маленькое место ничтожного царства. Посредине которого он поместит свой скипетр.

В этих скупых словах и указание на созданную Наполеоном гигантскую империю, которая исчезнет с заточением её автора на остров; и предсказание побега еще не обессиленного тирана, готового вновь возродить свое детище. И в этих же строках, несущих термин «ничтожного царства», определяется крах попытки и окончательное I заключение бывшего императора на маленьком острове.

Естественно, что после этих разнообразных по значению, но относящихся к одному историческому лицу стихов-катенов приходится думать, что некоторые из событий «мучили» Нострадамуса, возвращаясь к нему снова и снова. Он заключал их в самостоятельные строфы, применяя те же слова-определения, но не продолжил «повествование» с первого сюжета, потому что каждая информация приходила к нему в разное время, друг за другом и отдельными фрагментами. Приходили образы морского, захваченного и подчиненного городка, человека с головой, поросшей короткими прилизанными волосами... может быть, позднее того же лица при императорских регалиях...

Столь скупое изложение «увиденных», «прочувствованных» событий свидетельствует о том, что мудрость философа не позволяла наблюдателю добавлять, комментировать, разнообразить факты, открытые ему уже упомянутым информационным полем. Может показаться, что такой подход к «Центуриям» сильно грешит против истины, но если вспомнить предсказания знаменитой пророчицы — слепой Ванги из Болгарии, в которых она говорила об одном и умалчивала о другом, станет ясно, что к человеку сохраненная информация приходит блоками. Видимо, человек-«приемник» вместе с умением воспринимать «вселенскую» информацию получает способность фиксировать ее, но лишается аналитических функций. Интерес мудреца Нострадамуса к французской истории открыл перед ним канал, по которому поступали более всего сведения о родной земле, в то время как все остальное, более обобщенное, более условное, носило вид импульсов, интеллектуальных прозрений, вызванных всплесками напряженности в человеческой истории. События выступали перед Нострадамусом как явления добра и зла, подчас очень грандиозного зла, приходящего к человечеству как испытание. О том, что образы наступали на предсказателя и он умел пользоваться своим удивительным даром не боясь его, но тщательно скрывая от окружающих, говорит в первую очередь предсказание им множества событий из стран, в которых сам Нострадамус никогда не бывал, и множество слов-понятий, которые во времена писания «Центурий» попросту отсутствовали в языках. Наконец, некоторые имена, или клички, попавшие в тексты катренов, искажены лишь настолько, насколько это возможно при восприятии неизвестного или впервые встречаемого, но все же не настолько, чтобы современники других времен не признавали действующих лиц из своего окружения. Да и откликаясь на разного рода обвинения в пророчествах, сам Нострадамус писал в «Послании» своему сыну: «Я — Наблюдатель, так как Пророком, сын мой, можно с полным правом назвать того, кто видит вещи, пребывающие над знанием обычного ума...»

Подтверждая, что свое умение наблюдать мир он обрел только благодаря тайным знаниям, философ продолжал: «...как ни осуждалась бы оккультная философия, она тем не менее хранит мудрость, спрятанную в нее, в течение долгих веков. Ее необыкновенный свет напоминает факел, внезапно вспыхнувший в темноте и освещающий все вокруг...» И, наконец, объясняя свой метод понимания исторических процессов, он разъясняет: «...вещи, которым суждено случиться, могут быть предсказаны божественным Озарением и Вдохновением, сошедшими на меня, смертного, не являющегося Пророком, человеком земного и далекого постижения Высшего Принципа». Частое употребление Нострадамусом двух самостоятельных понятий — «Озарение» и «Вдохновение»—при том, что часто упоминается и «Астрология предков», подтверждает, что эзотерические науки и потребность в познании тайн мира действительно привели «Наблюдателя» к «Озарениям», или, как сказали бы мы сегодня, к подключению к психологическим коридорам, к информационным каналам энергетических полей. И это свое обжигающее желание «Озарения» Нострадамус объясняет просто: «...мнение мое таково, что в мире, до того как его поглотит беспощадный огонь, будут и потопы, и наводнения, и все покроется водой, и многое погибнет, как это было раньше и осталось в описаниях происшедшего на суше и на море, подразумеваемого под дождем и камнями с Неба вместе с Божественным огнем...» И указывает на готовность сообщить людям все, ставшее ему известным: «...надеюсь обозначить в моих письменах большинство событий, которые произойдут...»

Полезные ссылки: Mississippi Fred McDowell

Читайте также:

Категории